Мир моды стал на один цвет беднее. 19 января текущего года, в возрасте 93 лет ушел из жизни Валентино Гаравани — человек, создавший кодекс современной роскоши. Мир прощается не просто с дизайнером, а с последним титаном эпохи «Grand Couture».
Валентино Гаравани, 90-ые.
Почему мир навсегда останется красным?
Аналитики моды часто спорят о «ДНК бренда», но Гаравани сделал то, что не удавалось почти никому: он монополизировал цвет. После того как в юности в одном из театров Барселоны он увидел женщину в алом платье, этот оттенок перестал быть для него просто цветом в палитре.
Rosso Valentino — это не агрессивно-страстный красный, о котором мы привыкли говорить. Это цвет торжества. В дни, когда мы стремится к минимализму и «тихому люксу», уход Валентино — напоминание о том, что мода обязана быть величественной и громкой.
Архитектор женственности
В то время как мода 80-х и 90-х уходила в деконструкцию, гранж и концептуализм, Валентино оставался непоколебим. Он верил в идеальную посадку, безупречный шелк и ручную вышивку.
«Я знаю, чего хотят женщины. Они хотят быть красивыми».
Его клиентами были многие известные женщины, от Жаклин Кеннеди, выбравшая платье Valentino для свадьбы с Онассисом, до современных звезд Голливуда на красных дорожках «Оскара».
Жаклин Кеннеди в платье от Valentino на своей свадьбе с Аристотелем Онассис, 1968 год.
Мода никогда не будет прежней
Во времена, когда креативные директора меняются каждые три года, Валентино оставался лицом своего Дома почти полвека. Бренд Valentino Garavani держался на нем самом, человеке со вкусом и талантом.
Кончина Валентино — это финальная точка в главе «Золотого века» кутюра. Теперь индустрия рискует потерять ремесло. Это большая потеря для индустрии, но есть что-то, что останется бессмертным.
Наследие Валентино Гаравани
Валентино оставил после себя не только бренд Valentino Garavani, но и пример того, как делать моду бессмертной.
Он следовал простым истинам. Например тому, что женственность — это не слабость, а броня. Идеально скроенный силуэт платья дает женщине больше власти и уверенности, чем любой деструктивный тренд. Его наследие — это немой укор современному конвейерному люксу и призыв вернуться к настоящему ремеслу, ведь в его ателье только над одним платьем могли работать до 800 часов.
Клаудия Шиффер в легендарном платье Valentino Haute Couture, весна-лето 1995 год.
Помимо таланта гениального дизайнера, он обладал редким даром визионера. Валентино понимал психологию роскоши задолго до того, как зародилась индустрия. Его красный цвет стал первым в истории примером гениального визуального маркетинга. Дизайнер должен проектировать не одежду, а образ жизни. Его интерьеры, собаки, манеры — всё было продолжением его бренда. Он сам был воплощением своей эстетики. Он продавал не имя, а эмоции.
Человек, который любил жизнь
За пределами подиума он оставался эстетом до мозга костей. Его жизнь была похожа на его коллекции: замки во Франции, яхты, знаменитые мопсы и безупречные манеры. Он жил так, как будто каждый день был балом, напоминая нам, что жизнь — это тоже форма искусства, требующая ежедневного труда.
«Он мирно скончался в своем доме в Риме, окруженный любовью семьи», — сообщил Фонд Valentino Garavani в Instagram.
Прощание с Валентино состоится на площади Миньянелли с 21 по 22 января, а 23 января его похоронят в церкви Санта-Мария-Маджоре.
